- Не удалась жизнь!..
  К этому выводу Гусенков пришел не так давно. С год, не больше. С тех самых пор, как с треском вылетел с работы в одной из люберецких автоколонн. И причина-то была пустяковой: недовольный скудным водительским заработком Коля Гусенков в один отнюдь не прекрасный день сделал вместе с напарником «левый» рейс. А начальник про это узнал. Интересно – от кого?
 Как бы то ни было, а на следующий день вызвали Колю в контору и положили перед ним бумажный лист:
- Пиши заявление по собственному желанию.  Если, конечно, не хочешь в документы формулировку «за нарушение трудовой дисциплины»!..
 Жена, Лиза, поначалу сочувствовала. В тот злополучный вечер сама предложила «не париться» и залить нежданную беду некоторым количеством домашней наливки. Но уже через неделю задавила упреками:
- Не надоело дома сидеть? Тоже мне – нахлебник! Здоровый мужичина, сорок лет уже скоро! И руки, вроде, из нужного места растут, а  работы до сих пор не нашел! Неужели нигде водители не нужны? Не верю! У тебя же права на три категории!..
 Коля и сам рад был бы устроиться. Да вот что-то не удавалось. Идти на рейсовый  городской автобус Гусенков не хотел: за такие деньги и на таких развалинах пусть приезжие дагестанцы ездят! В других местах тоже: то зарплата низка, то рабочий день ненормированный… А одна предпринимательница, искавшая личного шофера на свое роскошное авто, так прямо и заявила:
- По документам вы мне, в принципе, подходите, но вот если бы у вас лицо было чуточку поинтеллигентнее…
Коля хлопнул дверью.
- Тоже мне, фифа! Лицо мое не нравится! Ей шофер нужен или Бельмондо? – Жаловался он вечером жене, - я что, лицом за баранку держусь, или, может, сцепление им выжимаю? Взбесились нынче работодатели: подавай им помоложе - но чтобы с опытом, покрасивее – и чтобы под «тачкой» лежать не брезговал! Чудаки!
- Семен-то, с которым вас вместе уволили, уже работает! В складчину с племянником взяли в аренду «Газель», мебель людям на дачу возят… Грузовое такси! А ты – лодырь.
- Ты, Лизка, мне Семеном не тычь! Он мне не указ! Я ж о семье радею, дуреха!..
 Вскоре такие диалоги стали в семье Гусенковых чуть ли не ежедневными. И все чаще доходило дело до настоящих скандалов.
 Месяц за месяцем пролетали незаметно. Понемногу таяли семейные сбережения, которые в лучшие времена были буквально по копейке собраны на собственный автомобиль. А что делать, жить-то надо, придется, видно, без машины обойтись. Каждое утро, наскоро разогрев завтрак, Елизавета собирала в школу двоих сорванцов-сыновей и спешила на работу. А муж оставался дома – вроде бы, звонить по телефону, искать место. На деле же – все чаще лежать кверху пузом на диване, попивать пивко, смотреть футбол по телевизору.
- Тоска у меня, Лиза! Неудачник я…
- Не неудачник, а лодырь! Водителем не берут – иди автомехаником, все - хлеб. Я на ремонтном заводе объявление видела: куча народу требуется. Или стесняешься? Хочешь, за руку к директору отведу?
- Ты? Меня? За руку? Я тебе что – мальчик?!
 Вечером, подметя с полу осколки чайного сервиза, что в сердцах расколотил муж, Лиза тихо плакала на кухне. Сыновья остались ночевать у друга – что им дома делать, рядом с озлобившимся в черной депрессии папой! 
 - Совсем мужик взбесился! – жаловалась Лиза по телефону подругам.
 Некогда крепкий семейный дом разваливался на глазах…
  Из материалов уголовного дела:
  «6 апреля сотрудница ООО «Контакт» Елизавета Федоровна Гусенкова не вышла на работу. Работающая здесь же Батенина  Ирина Викторовна, близкая подруга Гусенковой, пробовала дозвониться к ней домой и на сотовый телефон, однако, трубку никто не взял. По окончании рабочего дня Батенина пошла к Гусенковым, чтобы лично выяснить причину невыхода подруги на работу. В доме находились только дети, Гусенковы Михаил 1998 года рождения и Андрей 2001 года рождения, которые рассказали, что мама, по словам отца, поехала в Воскресенск - помочь внезапно заболевшей родственнице, и сегодня должна вернуться. Сам отец, будто бы, отправился на автостанцию ее встречать. Батенина осталась с мальчиками, однако, к полуночи никто не возвратился. Находясь в доме Гусенковых, Батенина обратила внимание, что личные вещи Елизаветы Гусенковой – дамская сумка с паспортом и сотовый телефон – лежат на полке в прихожей».
- Я усомнилась в том, что Лиза могла уехать в соседний район, не прихватив даже паспорта, – говорила потом Ирина на суде, - да и пальто демисезонное на вешалке осталось, а день был прохладный… Тогда я рискнула: нашла в Лизиной записной книжке телефон ее тетки в Воскресенске и позвонила туда. Лидия Петровна, оказывается, вовсе не была больна, и в последний раз видела Лизу еще на Рождество. Они тогда вместе с Николаем приезжали…
 В милиции на заявление Ирины Батениной отреагировали сразу же: шутка ли, пропала молодая женщина, мать двоих детей. Первым делом обзвонили все ближайшие больницы, навели справки в ГИБДД. Без результата!
 Ирина отвела детей к соседям. А оперативная группа приступила к подробному обыску дома и хозяйственных построек. Но никаких следов хозяйки обнаружено не было.
 Коля тоже как сквозь землю провалился…
  Из материалов уголовного дела:
  «На следующий день, 7 апреля, в офис к Батениной прибежал сын Гусенковых Миша и сообщил, что они с братом, придя из школы, не пошли сразу к соседке, а забежали домой, и в погребе под сараем нашли брошенную лопату и следы свежего раскопа. Мальчик плакал и высказывал опасения, что «маму с папой убили, и они там, в яме». К месту происшествия отправилась оперативная группа и извлекла из раскопа тело Елизаветы Гусенковой... На шее убитой имелись многочисленные кровоизлияния. Согласно экспертным данным, смерть женщины наступила от механической асфиксии вследствие удавления руками».
 Николая задержали в тот же день. Почти случайно. Машинист электропоезда, идущего из поселка Красково в сторону Люберец, вовремя заметил человека, понуро бредущего по шпалам навстречу локомотиву. И едва успел затормозить.
- Эй, дядя! Ты что – ослеп? Или жить надоело?
- Надоело… Я, брат, жену  нынче задушил.
 Согласно заключению стационарной комплексной психолого-психиатрической экспертизы,  у Николая Гусенкова за время сидения без работы исподволь развилось стойкое душевное расстройство – в форме неврозоподобной шизофрении. Так что осознавать общественную опасность своих действий во время ссоры с Лизой он не мог…
 Российские законы гуманны по отношению к душевнобольным. По всему вышло, что сажать Колю за решетку нельзя, хотя он и совершил уголовно наказуемое деяние, предусмотренное статьей 105 Уголовного Кодекса РФ. Проще говоря – убийство.
 Согласно постановлению Люберецкого городского суда,  к подсудимому Гусенкову Николаю Павловичу следовало применить принудительные меры медицинского характера – в виде лечения в психиатрической больнице специализированного типа. 
- Я никогда не прощу себе, что не восприняла всерьез слова Лизы будто Николай от тоски «совсем взбесился», - говорит Ирина Батенина. - А теперь уже ничего не поправишь…
 Детей отвезли в Воскресенск – к тетке Лизы. Кроме этой пожилой женщины, у мальчиков, ставших сиротами при живом отце, никого не осталось.
    Помощник прокурора г. Люберцы Елена Стукалова
        (Имена и фамилии фигурантов дела изменены по этическим соображениям)